Художественный музей Крокера: Хавьер Пласенсия о пользе художественного образования и доступности искусства в Сакраменто

Хавьер «Хави» Пласенсия – новый директор по образованию в художественном музее Крокера. В своей роли с октября прошлого года, он отвечает за планирование более 300 общественных программ.

Мы недавно поговорили с Пласенсией о его работе в Художественном музее Крокера, повышении доступности искусства и его мечтах и надеждах на будущее музея.

Можете рассказать о вашем учреждении и его роли в художественной сфере Сакраменто?

Художественный музей Крокера — это ключевая культурная институция в Сакраменто, существующая с конца XIX века. Это единственный в регионе художественный музей, аккредитованный Американским альянсом музеев (AAM). Он действительно служит культурным якорем. У нас замечательная постоянная коллекция, потрясающее собрание керамики, а также великолепные сменные выставки... Если говорить о количестве экспозиций и наших постоянных коллекциях, то в большом регионе Сакраменто нет другой такой институции, как наша.

Помимо выставок и произведений искусства, у нас также проводится множество общественных программ. В музее организуются сотни мероприятий для различных категорий посетителей. Например, у нас есть программа Baby Loves Art («Малыш любит искусство»), куда приходят родители с младенцами в колясках, чтобы познакомиться с художественными произведениями … Специальный ведущий помогает родителям узнать, какие вопросы можно задавать ребенку или какие комментарии делать при просмотре картин, а также как читать истории, чтобы способствовать формированию нейронных связей и развитию детей.

У нас также есть программы Artful Tot и We Wednesday. Artful Tot предназначена для самых маленьких детей…

Каждый четверг у нас проходят увлекательные мероприятия, и музей открыт до девяти вечера. Во второй четверг месяца мы проводим программу Art Mix — это большая тематическая вечеринка для гостей 21+, где люди наряжаются, веселятся, слушают живую музыку, наслаждаются едой и напитками. Это действительно замечательное событие.

По четвергам у нас также проходит музыкальная серия, а в четвертый четверг месяца мы проводим Global Rhythms — программу, посвященную латинской музыке, где выступают музыканты из латиноамериканского сообщества.

Все эти программы реализуются через образовательный отдел, и моя задача — курировать их планирование, разработку, проведение и оценку. Мы стремимся служить нашему сообществу, создавать пространство, где каждый чувствует себя желанным гостем, и интегрировать музей в культурную жизнь города.

Какие факторы, по вашему мнению, сдерживают развитие местной художественной сцены?

Я родился и вырос в Сакраменто. Последние четыре года работал в Сан-Франциско, так что сейчас заново погружаюсь в культурную жизнь города, знакомлюсь с местными деятелями искусства каждую неделю.

Если говорить о факторах, препятствующих развитию, то, на мой взгляд, Сакраменто уже движется в правильном направлении. Конечно, всегда есть возможность для улучшения. Мы можем расширять наши программы, рассматривать новые идеи, внедрять инновации. Особенно важно привлекать больше голосов тех, кто раньше был недооценен или недостаточно услышан, и активно включать их в культурный процесс…

Часть моей работы — создавать программы и сотрудничать с коллегами в музее, чтобы люди воспринимали это место как свое. Поэтому мы стараемся выходить в сообщество. Мы раздаем бесплатные семейные абонементы, посещаем школы. У нас есть проект Art Arc — мини-музей на колесах, который приезжает в государственные школы округа.

Мы работаем с учебными заведениями, приглашая классы по очереди. Каждый ученик, посетивший Art Arc, получает бесплатный семейный абонемент в музей. Это позволяет детям устанавливать связи между увиденным. Они могут сказать: «Я уже видел это произведение искусства!», — а потом привести свою семью в музей и поделиться впечатлениями. Это дает им ощущение значимости и воодушевляет.

Думаю, Crocker уже отлично работает с разными группами населения, но я хотел бы усилить эту работу. Как мы можем быть более гостеприимными для людей с видимыми и невидимыми ограниченными возможностями? Как учесть потребности людей с нейроразнообразием, слабовидящих, слепых, глухих или слабослышащих? Как создать для них безопасное, комфортное пространство и донести, что музей принадлежит им так же, как и всем остальным?

Мне также хотелось бы видеть больше взаимодействия искусства с другими сферами. Например, сотрудничество с шеф-поварами или кулинарными школами, чтобы интегрировать искусство в междисциплинарный контекст.

Prop 28 была принята в 2022 году для увеличения финансирования искусства и общественного образования. Вы считаете, что это дало эффект?

Я думаю, что дало. Мы получаем множество запросов от школ и педагогов, которые хотят использовать эти средства, и, мне кажется, они интуитивно и правильно воспринимают наш музей как место, где эти ресурсы можно эффективно применить.

Например, у нас проходят занятия по печатной графике: студенты приходят на мастер-класс по созданию оттисков, а затем отправляются на экскурсию по музею. Мы также проводим семинары для учителей.

Сейчас мы размышляем над тем, как можем быть еще более креативными и полезными для школ, помогая им использовать это финансирование на благо учащихся.

Какие решения, на ваш взгляд, наиболее перспективны для повышения доступности искусства?

Доступность — это то, к чему я испытываю особенную страсть в искусстве. Мы уже начали работать в этом направлении. Например, в музей приезжал Стэнли Ярнелл, который называет себя «шерифом» группы Blind Posse — объединения, занимающегося адвокацией прав незрячих и слабовидящих людей в музеях. Мы разрабатываем план по расширению программ тактильных экскурсий и детализированных аудиоописательных туров.

Что еще вы можете рассказать об этих решениях и почему они обладают наибольшим потенциалом?

Я думаю, каждый день дает нам новую возможность спросить себя: кого мы пока не привлекаем в музей? Какие сообщества остаются вне нашей аудитории? И как нам это исправить?

Некоторые могут воспринимать Crocker только как часть центра Сакраменто, но мы активно работаем и в других районах. Мы организуем мероприятия в Натомасе, сотрудничали с сообществами Южного Сакраменто.

Кроме того, мы должны учитывать ожидания нового поколения, которое по-другому смотрит на музеи и их роль в обществе. Нам важно адаптироваться, учиться и понимать, чего именно ждут от нас посетители сегодня.

Какие доказательства подтверждают эффективность этих решений?

Мы действительно привлекаем в музей широкий круг посетителей. Конечно, пандемия COVID-19 стала серьезным испытанием, и поток гостей не сразу вернулся к прежним показателям. Однако мы хорошо справляемся с задачей вернуть людей в музей, помогая им воспринимать его как свое пространство.

Есть дом, есть работа — а что может быть тем самым «третьим местом», где люди чувствуют себя частью сообщества? Я вижу Crocker именно таким местом.

Какие ограничения существуют у этих решений?

Если бы мы могли сделать абсолютно все и обеспечить бесплатный вход для всех, мы бы так и поступили. Но, как музей, мы должны учитывать финансовую сторону вопроса и принимать взвешенные решения.

Мы активно работаем над привлечением грантового финансирования, чтобы продолжать развивать инициативы, ориентированные на сообщество. Однако в нынешней экономической ситуации, которая не всегда благоприятна для сферы искусства, это непростая задача.