Хобби, которое может спасти Вашу карьеру
Самые занятые люди мира регулярно делают вещи, которые на первый взгляд совершенно не помогают им зарабатывать. Уоррен Баффетт играет на укулеле. Ричард Брэнсон начинает день с тенниса, велосипеда или кайтсёрфинга. Сатья Наделла любит крикет и читает поэзию. В расписании человека, управляющего огромной компанией, такое занятие легко принять за милую слабость. Но психолог посмотрит на него иначе. Возможно, это не потерянное время, а способ не потерять себя.
Мы привыкли считать успех результатом постоянного напряжения. Нужно раньше вставать, быстрее отвечать, больше учиться и использовать каждую свободную минуту с пользой. Даже отдых теперь предлагают превратить в проект. Прогулка должна сжигать калории, чтение обязано развивать, фотография должна собирать подписчиков, а выпечка рано или поздно превращается в небольшой бизнес. Человек вроде бы отдыхает, но внутри продолжает сдавать экзамен.
Именно здесь начинается проблема. Мозгу недостаточно просто сменить рабочий экран на экран телефона. Ему нужен другой тип опыта, в котором нет начальника, отчёта, прибыли и страха оказаться хуже других. Настоящее хобби создаёт такое пространство. В нём можно быть неловким новичком, испортить кусок глины, взять неправильную ноту и нарисовать дерево, которое похоже на брокколи. Парадоксально, но именно эта разрешённая бесполезность может поддерживать нашу работоспособность лучше, чем ещё один курс по продуктивности.
История про то, что выдающиеся люди якобы в девять раз чаще имеют хобби, звучит эффектно, но наука устроена интереснее. В 2008 году Роберт Рут Бернстайн и его коллеги изучили биографии 510 нобелевских лауреатов, членов ведущих научных обществ и обычных американцев. Они искали реальные занятия во взрослом возрасте: музыку, живопись, фотографию, литературу, театр, танец и ремёсла.
В среднем у нобелевских лауреатов оказалось почти втрое больше творческих увлечений, чем у рядовых учёных из Sigma Xi. По отдельным видам деятельности разница была ещё заметнее. Лауреаты как минимум в семь раз чаще занимались изобразительным искусством и ремёслами, в двенадцать раз чаще писали художественные тексты и в двадцать два раза чаще участвовали в театре, танце или других выступлениях. Поэтому цифра «в девять раз» не является универсальным итогом исследования. Правильнее сказать так: чем выше были научные достижения группы, тем чаще в биографиях встречалась серьёзная творческая жизнь за пределами профессии.
Но здесь нельзя перепутать связь с причиной. Исследование не доказывает, что гончарный круг принесёт Нобелевскую премию, а гитара сделает человека миллиардером. Возможно, любознательные люди изначально интересуются многими вещами. Возможно и другое: творчество развивает навыки, которые неожиданно работают в профессии. Сами выдающиеся учёные нередко рассказывали, как искусство стимулировало их научное мышление.
Психология объясняет этот эффект без магии. В течение рабочего дня внимание постоянно удерживается вокруг целей, сроков и проблем. Даже после окончания работы внутренний диалог может продолжаться: что забыто, кто не ответил, что будет завтра. Хобби создаёт психологическое переключение. Когда руки заняты деревом, землёй, краской или музыкальным инструментом, привычная цепочка тревожных мыслей ослабевает. Человек не убегает от реальности. Он на время выходит из роли, в которой обязан всё контролировать.
Есть и второй важный механизм. В работе самооценка часто зависит от внешней реакции. Нас оценивают клиенты, руководство, коллеги и аудитория. Любимое занятие возвращает внутреннюю мотивацию. Вы делаете что то не потому, что за это заплатят или похвалят, а потому, что сам процесс притягивает. Это напоминает психике, что Ваша ценность шире должности, дохода и списка достижений. Если один проект провалился, рушится не вся личность. У неё остаются другие опоры.
Исследования восстановления после работы связывают полезный досуг с несколькими состояниями: психологическим отстранением от рабочих задач, расслаблением, ощущением мастерства и свободой выбора. Творческая активность тоже связана с лучшим восстановлением и более сильным ощущением творческого решения задач на работе. Но ключевое слово здесь «свободой». Если хобби становится ещё одной обязанностью, значительная часть пользы исчезает.
Это особенно заметно сегодня, когда почти любое увлечение можно монетизировать. Человек начинает печь хлеб для удовольствия, а через месяц уже переживает из за заказов. Заводит страницу с фотографиями и вскоре проверяет статистику каждые десять минут. Начинает бегать ради ясной головы, но постепенно превращает каждую тренировку в соревнование с часами и чужими результатами. Формально хобби осталось, но психологически оно стало второй сменой.
Найти подходящее хобби проще, если не спрашивать себя: «В чём я талантлив?» Этот вопрос сразу включает оценку. Лучше спросить: «Что мне нравилось делать до того, как я начал думать о пользе?» Кто то в детстве собирал модели, кто то рисовал карты несуществующих городов, возился с растениями, пел, готовил, вырезал фигурки или часами гулял с фотоаппаратом. Старый интерес не обязательно возвращать буквально. Он показывает направление, в котором психика когда то чувствовала свободу.
Начинать стоит очень маленькими шагами. Выберите одно занятие, которое заметно отличается от Вашей работы. Если весь день проходит перед экраном, полезнее добавить движение, ручной труд, природу или живое звучание. Отведите на него один час в неделю и заранее защитите это время. Не покупайте сразу профессиональное оборудование. Не создавайте страницу для демонстрации результатов. Не ставьте цель стать лучшим. Первые несколько встреч с новым занятием нужны только для ответа на один вопрос: хочется ли Вам вернуться?
Есть простой психологический тест. После занятия Вы можете быть физически уставшим, но мысли должны стать немного тише, а интерес к миру вернуться. Если Вы заканчиваете с чувством вины и очередного поражения, возможно, выбрано не то занятие или в него уже проникли слишком жёсткие требования.
Полезно также установить три правила. Первое: хобби не обязано приносить деньги. Второе: результат не обязан быть красивым. Третье: Вы имеете право заниматься им нерегулярно и всё равно считать его своим. Эти правила кажутся простыми, но для человека, привыкшего измерять собственную ценность результатом, они могут стать настоящей тренировкой внутренней свободы.
Успешные люди интересны не потому, что у них есть секретный список правильных увлечений. Важнее другое. Многие из них сохраняют область жизни, где можно думать иначе, двигаться иначе и не быть круглосуточно генеральным директором собственной судьбы. Хобби не обещает миллионов и не заменяет сон, отпуск или помощь специалиста при выгорании. Оно делает более важную работу: не позволяет профессии занять всю личность.
Мы привыкли считать успех результатом постоянного напряжения. Нужно раньше вставать, быстрее отвечать, больше учиться и использовать каждую свободную минуту с пользой. Даже отдых теперь предлагают превратить в проект. Прогулка должна сжигать калории, чтение обязано развивать, фотография должна собирать подписчиков, а выпечка рано или поздно превращается в небольшой бизнес. Человек вроде бы отдыхает, но внутри продолжает сдавать экзамен.
Именно здесь начинается проблема. Мозгу недостаточно просто сменить рабочий экран на экран телефона. Ему нужен другой тип опыта, в котором нет начальника, отчёта, прибыли и страха оказаться хуже других. Настоящее хобби создаёт такое пространство. В нём можно быть неловким новичком, испортить кусок глины, взять неправильную ноту и нарисовать дерево, которое похоже на брокколи. Парадоксально, но именно эта разрешённая бесполезность может поддерживать нашу работоспособность лучше, чем ещё один курс по продуктивности.
История про то, что выдающиеся люди якобы в девять раз чаще имеют хобби, звучит эффектно, но наука устроена интереснее. В 2008 году Роберт Рут Бернстайн и его коллеги изучили биографии 510 нобелевских лауреатов, членов ведущих научных обществ и обычных американцев. Они искали реальные занятия во взрослом возрасте: музыку, живопись, фотографию, литературу, театр, танец и ремёсла.
В среднем у нобелевских лауреатов оказалось почти втрое больше творческих увлечений, чем у рядовых учёных из Sigma Xi. По отдельным видам деятельности разница была ещё заметнее. Лауреаты как минимум в семь раз чаще занимались изобразительным искусством и ремёслами, в двенадцать раз чаще писали художественные тексты и в двадцать два раза чаще участвовали в театре, танце или других выступлениях. Поэтому цифра «в девять раз» не является универсальным итогом исследования. Правильнее сказать так: чем выше были научные достижения группы, тем чаще в биографиях встречалась серьёзная творческая жизнь за пределами профессии.
Но здесь нельзя перепутать связь с причиной. Исследование не доказывает, что гончарный круг принесёт Нобелевскую премию, а гитара сделает человека миллиардером. Возможно, любознательные люди изначально интересуются многими вещами. Возможно и другое: творчество развивает навыки, которые неожиданно работают в профессии. Сами выдающиеся учёные нередко рассказывали, как искусство стимулировало их научное мышление.
Психология объясняет этот эффект без магии. В течение рабочего дня внимание постоянно удерживается вокруг целей, сроков и проблем. Даже после окончания работы внутренний диалог может продолжаться: что забыто, кто не ответил, что будет завтра. Хобби создаёт психологическое переключение. Когда руки заняты деревом, землёй, краской или музыкальным инструментом, привычная цепочка тревожных мыслей ослабевает. Человек не убегает от реальности. Он на время выходит из роли, в которой обязан всё контролировать.
Есть и второй важный механизм. В работе самооценка часто зависит от внешней реакции. Нас оценивают клиенты, руководство, коллеги и аудитория. Любимое занятие возвращает внутреннюю мотивацию. Вы делаете что то не потому, что за это заплатят или похвалят, а потому, что сам процесс притягивает. Это напоминает психике, что Ваша ценность шире должности, дохода и списка достижений. Если один проект провалился, рушится не вся личность. У неё остаются другие опоры.
Исследования восстановления после работы связывают полезный досуг с несколькими состояниями: психологическим отстранением от рабочих задач, расслаблением, ощущением мастерства и свободой выбора. Творческая активность тоже связана с лучшим восстановлением и более сильным ощущением творческого решения задач на работе. Но ключевое слово здесь «свободой». Если хобби становится ещё одной обязанностью, значительная часть пользы исчезает.
Это особенно заметно сегодня, когда почти любое увлечение можно монетизировать. Человек начинает печь хлеб для удовольствия, а через месяц уже переживает из за заказов. Заводит страницу с фотографиями и вскоре проверяет статистику каждые десять минут. Начинает бегать ради ясной головы, но постепенно превращает каждую тренировку в соревнование с часами и чужими результатами. Формально хобби осталось, но психологически оно стало второй сменой.
Найти подходящее хобби проще, если не спрашивать себя: «В чём я талантлив?» Этот вопрос сразу включает оценку. Лучше спросить: «Что мне нравилось делать до того, как я начал думать о пользе?» Кто то в детстве собирал модели, кто то рисовал карты несуществующих городов, возился с растениями, пел, готовил, вырезал фигурки или часами гулял с фотоаппаратом. Старый интерес не обязательно возвращать буквально. Он показывает направление, в котором психика когда то чувствовала свободу.
Начинать стоит очень маленькими шагами. Выберите одно занятие, которое заметно отличается от Вашей работы. Если весь день проходит перед экраном, полезнее добавить движение, ручной труд, природу или живое звучание. Отведите на него один час в неделю и заранее защитите это время. Не покупайте сразу профессиональное оборудование. Не создавайте страницу для демонстрации результатов. Не ставьте цель стать лучшим. Первые несколько встреч с новым занятием нужны только для ответа на один вопрос: хочется ли Вам вернуться?
Есть простой психологический тест. После занятия Вы можете быть физически уставшим, но мысли должны стать немного тише, а интерес к миру вернуться. Если Вы заканчиваете с чувством вины и очередного поражения, возможно, выбрано не то занятие или в него уже проникли слишком жёсткие требования.
Полезно также установить три правила. Первое: хобби не обязано приносить деньги. Второе: результат не обязан быть красивым. Третье: Вы имеете право заниматься им нерегулярно и всё равно считать его своим. Эти правила кажутся простыми, но для человека, привыкшего измерять собственную ценность результатом, они могут стать настоящей тренировкой внутренней свободы.
Успешные люди интересны не потому, что у них есть секретный список правильных увлечений. Важнее другое. Многие из них сохраняют область жизни, где можно думать иначе, двигаться иначе и не быть круглосуточно генеральным директором собственной судьбы. Хобби не обещает миллионов и не заменяет сон, отпуск или помощь специалиста при выгорании. Оно делает более важную работу: не позволяет профессии занять всю личность.
Вероятно что лучший вклад в будущую карьеру сегодня выглядит совсем несерьёзно. Купить краски. Посадить базилик. Взять в руки гитару. Слепить кривую чашку, которая никогда не попадёт на выставку. И провести час без мысли о том, как превратить этот час в достижение.
